HENRI MATISS, 1909 - Spanish Woman with a Tambourin / oil on canvas, 92.0 × 73.0 cm
Exhibition 'Les Fauves Russes', Museum of Russian Impressionism, June-September 2025, Moscow, Russia.
Выставка "Русские дикие"
АНРИ МАТИСС - Испанка с бубном
☆📀
Collection: Pushkin State Museum of Fine Arts, Moscow, Russia / ГМИИ имени А. С. Пушкина, Москва.
Sources: collection.pushkinmuseum.art/en/entity/OBJECT/78206
Русские дикие: каталог выставки. - М.: Музей русского импрессионизма, 2025. - С. 71-73.
Кортунова Н. ''Идея цвета": французские фовисты, немецкие экспрессионисты и их последователи // Русские дикие: каталог выставки. - М.: Музей русского импрессионизма, 2025. - С. 10-23.
Photo taken at the Museum of Russian Impressionism, Moscow, Russia.
Фовизм поколебал тиранию дивизионизма. Когда не можешь жить в слишком хорошо налаженном доме, доме провинциальных тетушек, сбегаешь от них в джунгли в поисках более простых способов существования, не подавляющих дух.
Тут есть еще влияние Гогена и Ван Гога. Вот идеи того времени: конструкции из цветовых плоскостей, поиски интенсивности цвета - сюжет безразличен. Противодеиствие подмене локального цвета светом. Свет не отрицается, но выражается созвучием светящихся цветовых плоскостей.
- АНРИ МАТИСС
Текст НАТАЛЬИ КОРТУНОВОЙ:
...Анри Матисс, в свою очередь, говорил о том времени следующее: "Я работал на фоне захватывающе красивого пейзажа, я мог думать только о том, как заставить мои краски петь, не обращая внимания на правила и запреты... С помощью цвета человек обретает энергию, которая, кажется, основывается на магии". В неоимпрессионизме, как ему казалось, не доставало единства цвета и формы, а также гармонии между живописью и рисунком. Вместе с Дереном в Коллиуре он даст свободу своей кисти и постепенно начнет освобождаться от "тирании дивизионизма".
У Матисса и ряда других фовистов - Марке, Мангена, Камуэна - особое отношение к цвету сформировалось еще в период их ученичества в частной мастерской Гюстава Моро. В отличие от других преподавателей, которые считали, что начинающий художник должен прежде всего практиковаться в рисунке, копировать слепки античных скульптур и лишь затем переходить к живописи, Гюстав Моро давал возможность своим ученикам как можно раньше начать писать красками. Согласно его мнению, рисунок и живопись необходимо практиковать параллельно, и он призывал студентов особым образом развивать в себе "идею цвета". Искусство самого Моро было связано с колористическим началом, и, как выяснилось после его смерти, этот мастер исследовал возможности цвета в работе над небольшими "неофициальными" композициями, не имевшими в своей основе никакого сюжета и являвшимися, по сути, абстракциями.
...Стоит также отметить, что многие фовисты уже в момент зарождения этого стиля накладывали мазки и точки чистого цвета, оставляя местами холст незакрашенным. Подобный прием был также ими заимствован у Сезанна и Ван Гога. Искусство другого постимпрессиониста, Поля Гогена, ставшего первым истинным "дикарем, сбежавшим от цивилизации в поисках первобытного рая, подтолкнуло их в свою очередь к желанию освободиться от навязанных обществом норм и правил и обратить внимание на другие художественные культуры. "В ту пору мы напоминали детей, оказавшихся лицом к лицу с природой, и дали полную волю нашему темпераменту... Я из принципа отбросил все, что было раньше, и работал только с цветом, повинуясь движениям чувств", - говорил Матисс. Летом 1905 года вместе с Андре Дереном в доме художника Даниэля де Монфреда он видел скульптурные работы Гогена, выполненные им на Таити, после чего Дерен обратится к созданию скульптур и рельефов в гогеновском духе.
Однако считается, что увлечение "искусством дикарей" или "негритянским искусством", как называли его в начале ХХ века, началосьс Вламинка, случайно купившего несколько африканских скульптур и показавшего их друзьям. Вламинк, Матисс и Дерен коллекционировали африканские маски и статуэтки, восхищаясь архаичным языком форм в изображении человеческого тела, который разительно отличался от того, к чему всегда приучали художников в рамках классической школы. Вместо выстраивания образа согласно правилам анатомии африканские мастера подчеркивали отдельные части фигуры, в зависимости от того, какие акценты они хотели расставить. Столь непривычный подход к изображению человека побудил и фовистов прибегнуть в своем творчестве к приемам намеренной деформации и преувеличения ради особой визуальной выразительности, которая усиливалась за счет параллельного применения яркого цвета и свободной линии (Анри Матисс. "Испанка с бубном", 1909). В поисках новых источников вдохновения фовисты обращались к исследованию самых разных примитивных культур. Их привлекали Египет и Индия, Африка и Океания, мусульманское искусство и европейское Средневековье, Известно, что Анри Матисс, приехав осенью 1911 года в Москву по приглашению коллекционера Сергея Ивановича Щукина, для особняка которого он создал монументальные полотна "Танец" и "Музыка" (1910, Государственный Эрмитаж), был впечатлен русской и византийской иконописью и призывал российских художников не смотреть на зарубежных коллег, а вдохновляться своим древним наследием.
HENRI MATISS, 1909 - Spanish Woman with a Tambourin / oil on canvas, 92.0 × 73.0 cm
Exhibition 'Les Fauves Russes', Museum of Russian Impressionism, June-September 2025, Moscow, Russia.
Выставка "Русские дикие"
АНРИ МАТИСС - Испанка с бубном
☆📀
Collection: Pushkin State Museum of Fine Arts, Moscow, Russia / ГМИИ имени А. С. Пушкина, Москва.
Sources: collection.pushkinmuseum.art/en/entity/OBJECT/78206
Русские дикие: каталог выставки. - М.: Музей русского импрессионизма, 2025. - С. 71-73.
Кортунова Н. ''Идея цвета": французские фовисты, немецкие экспрессионисты и их последователи // Русские дикие: каталог выставки. - М.: Музей русского импрессионизма, 2025. - С. 10-23.
Photo taken at the Museum of Russian Impressionism, Moscow, Russia.
Фовизм поколебал тиранию дивизионизма. Когда не можешь жить в слишком хорошо налаженном доме, доме провинциальных тетушек, сбегаешь от них в джунгли в поисках более простых способов существования, не подавляющих дух.
Тут есть еще влияние Гогена и Ван Гога. Вот идеи того времени: конструкции из цветовых плоскостей, поиски интенсивности цвета - сюжет безразличен. Противодеиствие подмене локального цвета светом. Свет не отрицается, но выражается созвучием светящихся цветовых плоскостей.
- АНРИ МАТИСС
Текст НАТАЛЬИ КОРТУНОВОЙ:
...Анри Матисс, в свою очередь, говорил о том времени следующее: "Я работал на фоне захватывающе красивого пейзажа, я мог думать только о том, как заставить мои краски петь, не обращая внимания на правила и запреты... С помощью цвета человек обретает энергию, которая, кажется, основывается на магии". В неоимпрессионизме, как ему казалось, не доставало единства цвета и формы, а также гармонии между живописью и рисунком. Вместе с Дереном в Коллиуре он даст свободу своей кисти и постепенно начнет освобождаться от "тирании дивизионизма".
У Матисса и ряда других фовистов - Марке, Мангена, Камуэна - особое отношение к цвету сформировалось еще в период их ученичества в частной мастерской Гюстава Моро. В отличие от других преподавателей, которые считали, что начинающий художник должен прежде всего практиковаться в рисунке, копировать слепки античных скульптур и лишь затем переходить к живописи, Гюстав Моро давал возможность своим ученикам как можно раньше начать писать красками. Согласно его мнению, рисунок и живопись необходимо практиковать параллельно, и он призывал студентов особым образом развивать в себе "идею цвета". Искусство самого Моро было связано с колористическим началом, и, как выяснилось после его смерти, этот мастер исследовал возможности цвета в работе над небольшими "неофициальными" композициями, не имевшими в своей основе никакого сюжета и являвшимися, по сути, абстракциями.
...Стоит также отметить, что многие фовисты уже в момент зарождения этого стиля накладывали мазки и точки чистого цвета, оставляя местами холст незакрашенным. Подобный прием был также ими заимствован у Сезанна и Ван Гога. Искусство другого постимпрессиониста, Поля Гогена, ставшего первым истинным "дикарем, сбежавшим от цивилизации в поисках первобытного рая, подтолкнуло их в свою очередь к желанию освободиться от навязанных обществом норм и правил и обратить внимание на другие художественные культуры. "В ту пору мы напоминали детей, оказавшихся лицом к лицу с природой, и дали полную волю нашему темпераменту... Я из принципа отбросил все, что было раньше, и работал только с цветом, повинуясь движениям чувств", - говорил Матисс. Летом 1905 года вместе с Андре Дереном в доме художника Даниэля де Монфреда он видел скульптурные работы Гогена, выполненные им на Таити, после чего Дерен обратится к созданию скульптур и рельефов в гогеновском духе.
Однако считается, что увлечение "искусством дикарей" или "негритянским искусством", как называли его в начале ХХ века, началосьс Вламинка, случайно купившего несколько африканских скульптур и показавшего их друзьям. Вламинк, Матисс и Дерен коллекционировали африканские маски и статуэтки, восхищаясь архаичным языком форм в изображении человеческого тела, который разительно отличался от того, к чему всегда приучали художников в рамках классической школы. Вместо выстраивания образа согласно правилам анатомии африканские мастера подчеркивали отдельные части фигуры, в зависимости от того, какие акценты они хотели расставить. Столь непривычный подход к изображению человека побудил и фовистов прибегнуть в своем творчестве к приемам намеренной деформации и преувеличения ради особой визуальной выразительности, которая усиливалась за счет параллельного применения яркого цвета и свободной линии (Анри Матисс. "Испанка с бубном", 1909). В поисках новых источников вдохновения фовисты обращались к исследованию самых разных примитивных культур. Их привлекали Египет и Индия, Африка и Океания, мусульманское искусство и европейское Средневековье, Известно, что Анри Матисс, приехав осенью 1911 года в Москву по приглашению коллекционера Сергея Ивановича Щукина, для особняка которого он создал монументальные полотна "Танец" и "Музыка" (1910, Государственный Эрмитаж), был впечатлен русской и византийской иконописью и призывал российских художников не смотреть на зарубежных коллег, а вдохновляться своим древним наследием.